Позолоченные латунные кости - Страница 40


К оглавлению

40

— Белинда, наверное, свела тебя с ума, пытаясь выяснить, что затевал Морли, когда его ранили, но…

— Да уж в яблочко. Но она ж никого не слушает, кто с ней толкует, потому проку с ее расспросов чуть. Она из тех, кто наперед решает, во что верить, а опосля не пикни ни словечка супротив.

Я был знаком с Белиндой дольше, чем мне хотелось бы, и более близко, чем остальным следовало бы знать. У нее имелись огромные интеллектуальные изъяны. Своенравное пренебрежение фактами к таковым изъянам не относилось.

— Ты уверен? Например?

— Ну, знаешь, Морли нечасто поминает свою кровь и все такое. Он же темный эльф, ага, так что с того? У него бизнес в человечьем городе, и половина людей здесь энтого не знает, не может энтого распознать, и, может, им и знать энтого не надо… Ежели они такие типчики, что им на это не плевать.

Я кивнул. Диалект Саржа чувствовался сейчас сильнее, чем обычно, но я улавливал его мысль. Он говорил, что Морли не из тех, кто живет прошлым.

— Что-нибудь изменилось?

Его нашли в той зоне, где большой Танфер переходил в район, известный как Эльф-таун. Тамошний люд, который никогда не видел большого дома в своей родной деревушке, жил в многоквартирных домах по двенадцать душ в комнате и настаивал на том, что никогда не бросит старые обычаи и старый язык.

— Кой-что изменилось. Сдается, та девчушка, которую его народ приспособил, чтоб он на ней женился, заявилась в город.

— Я думал, он откупился от нее пару лет назад.

— Мы все так думали. Мож, он просто хотел, чтоб так было.

К нам без приглашения присоединился Джон Салвейшен.

Он уселся напротив меня, положив руки на тощие девчоночьи бедра.

— Гаррет, ты должен мне помочь.

История всей моей жизни.

— Я не могу позволить себе делать вложения в твои пьесы. И я сейчас занят.

— Мне не нужны инвесторы. Люди выстраиваются в очереди, чтобы пробрести пай во всем, что я ставлю на сцене. Я остаюсь с Вейдерами потому, что они отдали мне контроль над художественной частью. Но ты — единственный, на кого я могу рассчитывать, чтобы сделать успешным мой следующий проект.

На короткое время я забыл про Саржа и Морли. Пилсудс Вилчик преподнес мне великую загадку. Уличный ловкач вроде меня никоим образом не мог обеспечить успех постановки драмы. Если только Джон не хотел, чтобы я продавал билеты на пьесу под угрозой ножа. А может, он хотел, чтобы Торнада и дальше его не беспокоила.

— Где Торнада?

— Где-то терпит убытки.

Он пожал плечами.

— Чего я хочу — это чтобы ты заставил Тинни вернуться. Она — идеальная актриса на главную роль в «Королеве фейри».

— Ты хочешь, чтобы Тинни сыграла фейри? Старик, это натяжка. Она слишком субстанциональна.

На эту роль куда больше подходила прядь волос Неистового Прилива Света.

— В том-то все и дело. Я не пишу о сказочных фейри. Они не будут воздушными. Они будут похожи на эльфов, только из королевства, находящегося под прямым углом к нашему. Колорит и характерные черты Тинни, ее стан и резкое поведение, даже ее веснушки — все это сделает ее идеальной Матильдой.

— Эта пьеса будет идти во Всемирном?

— На главной сцене, расширенной. Это будет мой самый шумный успех, Гаррет.

— Тинни не ладит с Хезер Соамс.

— Я заставлю их поладить.

Мне нравилась его уверенность.

— Тинни — это Матильда, — сказал он, — но я пошлю ее паковать вещички, если она будет вести себя так же, как раньше. Тебе необязательно об этом говорить. Я все проясню на первой же репетиции.

Нас ожидали интересные времена.

— Ты только посмотри! Сплошная самоуверенность и напористость. Что сталось с Прилипалой, которого мы знали и не любили?

— Он нашел предмет своей страсти. Ты собираешься втюхать Тинни роль Матильды?

— Нет.

— Что? Почему?

— Я предан собственной страсти. Она удержит меня здесь с моим раненым другом. Если тебе нужна Тинни, двигай на Фактори-слайд. А еще лучше — перехвати ее на работе. Приходи туда днем. Ей до смерти надоела бухгалтерия. Я могу дать тебе письмо, чтобы тебя пропустила охрана.

— Если это способ ее заполучить, так тому и быть. А ты не заинтересуешься небольшой ролью? Мне нужен потрепанный громила, чтобы сыграть верного старого солдата…

— Джон, тебе нужно наброситься на меня как-нибудь в другой раз. Я вел важную беседу с Саржем, когда ты вмешался.

Драматург вытаращил глаза. Он утратил уважение к прямым речам.

Раньше люди и вправду разговаривали с Прилипалой как я сейчас. Они разговаривали так с Пилсудсом Вилчиком когда-то, давным-давно. Они больше не разговаривали так с самой крутой знаменитостью города.

— Из меня бы вышел хороший верный старый солдат, — пришел на помощь Сарж. — Которого трепали довольно, чтоб сделать тем еще колоритным типчиком.

Вот еще одна из причин, почему Джон Салвейшен чувствовал, что волен спускать с цепи сидящего в нем засранца. Люди мирились с этим, потому что он мог дать им роль в спектакле.

42

Салвейшен не впал в ярость. Он просто ушел; без сомнения, вычеркнув мое имя из своего свитка потенциальных характерных актеров.

— Прости за случившееся, Сарж.

— Он больше не скромничает.

— Да. Разве только на улицах.

— Без балды? Такое поведеньице не сходит с рук крутым парням. Если бы они вот так выделывались, директор уже заслал бы их в исправительные лагеря.

Интересное замечание. Закон и порядок стали такими вездесущими, что маленькие вкрадчивые выскочки вроде Прилипалы могли чваниться, не расплачиваясь за это разбитой головой.

40