Позолоченные латунные кости - Страница 12


К оглавлению

12

— Должно быть, женщина, — пришла к заключению Белинда.

Ни один мужчина не был настолько мстителен.

— Я не знаю, что происходило в его жизни, — заявил я. — Я вижусь с ним только тогда, когда мы заглядываем в «Виноградную гроздь» после театрального представления. Ты же знаешь мою ситуацию.

— Я пыталась поговорить с Тинни. Хотела, чтобы она знала, что происходит.

Мне не понравился ее тон.

— Я была вежливой и почтительной, Гаррет. А она — нет.

Мне очень не понравился ее тон. Тинни могла разобидеться.

— Она очень не уверена…

— Я просто попыталась объяснить ей сложившуюся ситуацию. Она не заставила кого-то воспылать к ней любовью. Дело было не в ней.

Почти наверняка моей дражайшей не удалось свести более интимного знакомства с лютой болью главным образом потому, что она была моей дражайшей. Можно ли все еще заставить ее это понять?

Тинни не могла так сильно измениться. Да и как могла бы? Она была умницей. Она понимала, что такое реальный мир. Она делила со мной его суровую реальность. Она умела разбираться в вещах. Она еще годы назад обнаружила, что Тинни Тейт не является центром, осью или любимым ребенком мироздания.

Меня пробрал озноб, как будто в полночь на бульваре я был обязан промчаться мимо кладбища.

Тут на меня снизошло просветление.

— Мы видим симптомы, но не болезнь.

Белинда фыркнула. Ее больше интересовало наблюдение за высыхающей слизью.

Я перестал беспокоиться о своих проблемах и проверил, как там мой товарищ. Цвет его лица и дыхание стали лучше. Он выглядел так, будто готов был очнуться.

Пухлый член культа ушел, а мы с Белиндой переглянулись с широкими дурацкими ухмылками.

Поверив, что ее с Морли может связывать что-то помимо бизнеса, я прямехонько напросился на неприятности.

14

Мы были одни.

Все трое.

Морли доблестно сражался, пытаясь спастись от ночных кошмаров. Я плутал по собственному царству страха, где моя неопределенная любовь к другу могла стоить мне всего остального, чем я дорожил.

Белинда сидела рядом со мной на раскладушке. Мы прислонялись спинами к двери. Белинда мысленно блуждала так далеко, что я гадал: сможет ли она вернуться. Может, она пыталась найти Морли, чтобы привести его домой.

— Я туда опоздала! — выпалила она.

— Что? Куда? Опоздала для чего?

— В «Книжную лавку Райзина». Опоздала накрыть Тимми Два Шага.

Не было смысла ее поправлять. Сердце у нее было на месте, хотя, возможно, и имело странную форму, было твердым и холодным.

— Он попытался спастись бегством, так?

— Прямиком до Аль-Хара. А там меня опередили жестяные свистульки.

— С каждым днем они действуют все эффективнее. Это тяжело для нас обоих.

— Некоторые все еще ценят щедрые чаевые.

— Рад это узнать. Ты выяснила что-нибудь интересное?

— Два Шага сказал, что с ним имела собеседование женщина.

— Проклятье. Только послушай себя. Ты посещала занятия? «Собеседование»!

— О да. Только послушай меня. Почти такая же умная, как твоя крысодевушка, блин.

— Я слишком устал, чтобы ссориться. У меня на уме только рыжеволосые.

— Ты бы начал капать слюной, если бы встретил ту огненную красотку. Если Тимми сказал правду.

Немногие парни лгут, попав в Аль-Хар, и правда — единственный ключ, открывающий путь оттуда.

— Больше никаких рыжеволосых.

— Я говорю про красотку с огоньком, а не про огненные волосы. Молодая и склонная красоваться. Два Шага говорит, что она носит облегающую черную кожаную одежду.

— Ты — испорченная девчонка.

— Не я, тупица. Я — больше нет. Я слишком часто сбивалась с курса, чтобы моя испорченность еще действовала.

Сладкоречивый Гаррет признал:

— Я это знаю.

И даже не понял, что влип.

— О да. Вот почему я тебя люблю. Ты говоришь комплименты.

— Хотел бы я, чтобы люди твоего сорта обходились без комплиментов. Разве нельзя поговорить о проклятущей погоде без того, чтобы свернуть на…

— Брось, Гаррет. То, что сказал Два Шага, означает, что у нас есть проблема покрупнее.

— Слушаю.

— Один свидетель нападения на Морли рассказал, что щедро оделенная прелестями девушка в обтягивающей черной коже руководила созданиями, которые наносили удары. Она представляет собой примерно кубический ярд пышных светлых кудрей. Девушка, с которой встречался Два Шага, — коротко стриженная брюнетка с глубокими карими глазами. Что касается блондинки, никто не говорит, какого цвета у нее глаза.

— «Созданиями»?

— Мужчинами в плотной шерстяной одежде с большими серыми яйцами вместо голов.

— И ты не потрудилась рассказать мне об этом раньше?

— Я не могла рассказать того, о чем тогда не знала.

Я усек.

— Сходи повидайся с Рохлей и Саржем. Они могут знать, во что вляпался Морли.

Белинда не ответила. Я только что сказал какую-то глупость.

— Они ничего не знают, — догадался я.

— Ваше высказывание правильно, сэр. Морли вышел из «Виноградной лозы» после поздних развлечений. Они никогда его больше не видели. И это все, что они знают.

Я без труда поверил. Речь шла о Морли Чертовом Дотсе, полном индивидуалисте.

— Думаю, все, что мы можем сделать, — это быть терпеливыми и надеяться, что он расскажет что-нибудь полезное, когда очнется.

— Ты вопиющий гений, Гаррет. Я так рада, что у нас с Морли есть такой друг, как ты.

— Я — особенный парень.

15

Когда я проснулся, солнце уже встало. Как и королева преступности. Она пребывала в хорошем настроении, хотя ее застали во время неэлегантного процесса — она сидела на ночном горшке.

12