Позолоченные латунные кости - Страница 8


К оглавлению

8

Жизнь, надо признаться, была ко мне щедра. Большие мешки с деньгами забредали ко мне именно тогда, когда их ожидал самый радушный прием. Я купил дом. Я имел капиталовложения, которые приносили достаточный доход, чтобы держать дом в порядке и обеспечивать комфорт его обитателям — хотя последнее по большей части являлось заслугой Синдж.

Синдж — крупная часть моей удачи.

Я и не осознал, что Покойник слегка приблизился к пробуждению.

— Ты собираешься выполнить то, чего хочет Белинда? — спросила Синдж.

Ее кризис миновал. Союзы вернулись. Она была просто чудом. Гортань крысолюдей не приспособлена для разговорной человеческой речи.

— Дело в Морли, Синдж. Я перед ним в долгу.

— А Тинни? Это может испортить…

— Я должен это сделать. Если Тинни не в силах понять, мы с ней попусту тратили время.

— Ух ты.

Да.

Я был в ужасе. Это может стать причиной для разрыва. Тинни превратилась в другую женщину, как только убедилась, что стала единственной женщиной в моей жизни. Вещи, которые мужчины ассоциировали с темной стороной рыжули, немедленно сделались преувеличением.

Я позабочусь о том, чтобы ее светлая сторона осталась такой же изумительной, какой была всегда.

— Хорошо.

Синдж произнесла это так, будто не очень-то верила в то, что слышит.

— Поскольку я знаю, что ты двинешься прямиком в «Огонь и лед», я управлюсь с Тинни.

Я начал протестовать, потом ухмыльнулся. Люди не управляются с Тинни. Тинни управляется с людьми.

— Споры в сторону. И удачи.

— Есть вероятность, что мы сделаем на этом деньги, Гаррет?

— Нет. Это время для любви.

— Ты так думаешь в большинстве случаев. Может, на сей раз нам снова повезет.

9

Прежде чем позволить мне уйти, Синдж позаботилась о том, чтобы я вооружился и приготовился к встрече с более старой, менее дружелюбной частью Танфера.

— Я буду молиться человеческим богам, чтобы тебя не загребла Гражданская Стража. Ты плохой лгун. Они обыщут тебя через десять секунд после того, как остановят.

И моя репутация одного из самых прекрасных подданных королевства Карент не склонит чашу весов на мою сторону после ареста за ношение незаконного оружия. Синдж не позволила мне уйти с чем-то менее эффективным.

А еще она сказала:

— Хотя ситуация вроде бы не требует помощи Покойника, я попытаюсь его разбудить.

— Синдж, ты сокровище.

То была удивительно прямая фраза. Я пожалел о ней раньше, чем успел договорить. Однако Синдж смешала небеса и землю, презрев открывшуюся перед ней возможность.

— Знаю. Мне трудно вообразить, как бы ты без меня выжил. Ступай. Нет! Подожди! А как насчет остальных друзей?

— Что? Насчет кого? — спросил я.

Характерно для моего пошатнувшегося статуса.

— Плоскомордого. Торнаду. Плеймета. И полудюжины других.

— А. Насчет них.

В данную минуту мальчик мамы Гаррет не очень хорошо себя вел по отношению к ее второму любимому сынку. Я почти не поддерживал с ним связь.

— Думаю, ты могла бы эдак потихоньку дать им знать, как обстоят дела. Не упоминая о том, что случилось с Морли. Но вряд ли мы попросим их впутаться.

Синдж только покачала головой.

Мне нужно было убраться отсюда и осчастливить мою любимую крысодевушку, отыскав настоящего, пропавшего Гаррета.

10

«Огонь и лед» нетрудно был найти. Это хорошо известное заведение на границе Эльф-тауна удовлетворяло нужды преуспевающих работяг. Стало быть, было не публичным домом высшего пошиба, какой я ожидал увидеть, но и не отвратным брюхом грызуна. В заведении лавочники и искусные торговцы могли расслабиться на вечерок. Вообще-то это место было своего рода атавизмом, потому что делало деньги не на объемах продаж и не только на главном предмете сбыта.

Я полагал, что лишь благодаря расслабляющей атмосфере заведение оставалось конкурентоспособным и наскребало достаточные доходы, большинство из которых в наши дни оседало в безвкусных театрах Танфера. Посещение театров являлось последним криком моды, отчасти потому, что мужчина мог взять туда жену. И жены это знали.

Я назвал у дверей свое имя. Оно не подействовало как пароль. Я попытался назвать имя Белинды. Оно совершило чудо.

Моментально появилась ветеранша-брюнетка — не так давно, безусловно, сокрушавшая сердца. В ней было нечто особенное, и я почувствовал искушение отдаться воспоминаниям о том, чего меня лишили.

— Ты от мисс Контагью?

— Она попросила меня присмотреть за вашим раненым гостем.

Брюнетка вдумчиво оценила мое спокойствие. Потом вдумчиво оценила меня. Проконсультировалась с кое-какими своими воспоминаниями. И решила, что я — парень что надо, хотя не произведу на нее впечатления.

Я был оскорблен в лучших чувствах. Я жаждал произвести впечатление. И я был таким прекрасным образчиком бывшего морского пехотинца, какого только можно сейчас найти в вертикальном положении. У меня есть отметины и шрамы, но они просто дают вам знать, что я — настоящий морпех.

— Хорошо. Пошли со мной.

Эти слова сопровождал свирепый взгляд, бросавший мне вызов — пусть я только подумаю удрать.

Мы прошли через причудливую гостиную, где в данный момент совершенно не было посетителей. Потенциальных свидетелей выставили вон. В дальней части комнаты, отведенной под изысканные яства и плотские утехи, я заметил несколько аппетитных девочек, наслаждавшихся легкой закуской и старательно не обращавших внимания на проходящих мимо. Двое оказались чистокровными эльфками. Остальные были почти столь же роскошны.

8